Научный журнал для школьников
История родного края

Образ Бориса Ручьева в стихах, ему посвященных

Мудрова А.В. 1
1 МАОУ "СОШ №15 г Челябинска
борис ручьев
стихи
урал
1. Баева. А. «Добродей»: /стихи// Баева А. Встреча с другом. Челябинск, 1976. - С. 128-129.
2. Баева А. «Наш Ручьев»:/Стихи// Баева А. Встреча с другом. Челябинск,1976. -С.145-151.
3. Богданов В. «Памяти Бориса Ручьева»/стихи// Челябинский рабочий, 1973,2 дек.
4. Богданов В. «Причастность. – Борису Ручьеву. Луна/стихи//Челябинский рабочий», 1969,14 дек.
5. Гальцева Л., «По праву всего поколенья (Муза Бориса Ручьева)» // Гальцева Л. В Урале Русь отражена. – Челябинск, 1991. – С. 84-101.
6. Гальцева. Л. «Я знаю завод с котлована, с палатки (Факт и художественный образ в поэзии Б. А. Ручьева)» // Гальцева Л. В Урале Русь отражена. – Челябинск, 1991. – С. 105- 109.
7. Гальцева. Л. «Гражданином быть обязан (Традиции Н.А. Некрасова в творчестве Б. А. Ручьева)» // Гальцева Л. В Урале Русь отражена. – Челябинск, 1991. – С. 109-117.
8. Гальцева Л. «Материк, созданный тобой (По страницам писем и записных книжек Б. А. Ручьева)» // Гальцева Л. В Урале Русь отражена. – Челябинск, 1991. – С. 124-138
9. Жигулин А. «Хлеб». Стихи. / Посвящается Б. Ручьеву»//«Молодогвардейская гвардия», 1962,№7, с. 107.
10. Коркин В. «Борису Ручьеву». /Стихи// «Магнитогорский рабочий», 1974,18 сент.
11. Лаптев А. Ручьеву. /Стихи// «Магнитогорский рабочий», 1979, 12 июня.
12. Лотман, Ю.М. «Анализ поэтического текста»// Лотман Ю.М. О поэтах и поэзии. – Санкт-Петербург, 1996. – С.18 –131.
13. Марьев. Б. «Памяти Бориса Ручьева»: /Стихи// «Древо жизни» –Свердловск, 1980, – C. 135-137.
14. Миронов. В. «Урал». /Стихи Б. А. Ручьеву//Магнитогорский рабочий,1971,9 окт.
15. Скворцов К. «Не для мести и не для расплаты»: Памяти Б. А. Ручьева// Лирический дневник: стихи разных лет, 1991, –C. 174.
16. Сорокин В. Москва. /Стихи. Посвящаю Борису Ручьеву// «Челябинский рабочий», 1964, 26 янв.
17. Сорокин. В. «Стихи и смех и новости планеты…» Б. Ручьеву: /Стихи// Сорокин В. Лирика. /Челябинск/, 1966/ – C. 34-36.
18. Суслов В. Говорил один товарищ // Литература России. Южный Урал. Челябинск, 2004. – С.174.Суздалев Г. «Хлеб»: Б. Ручьеву: // Стихи/ «Песни деревянных журавлей»- Челябинск, 1969,-С.16-17.
19. Суздалев, Г. «Хлеб» /Стихи// Песни деревянных журавлей». - Челябинск, 1969. –16–17с.

Изучение литературного процесса Южного Урала невозможно представить без исследования творчества Б.Ручьева. Этот поэт посвятил значительную часть произведений Магнитогорску – городу металлургов, в строительстве которого ему довелось участвовать.

Критики и биографы, несомненно, проявляли интерес к судьбе талантливого уральца. Так, Вадим Очеретин в статье «Наш Ручьев» отмечал, что «в книгах Б. Ручьева все страницы пронизаны четким и ясным взглядом на истинную человеческую дружбу и товарищество».[2] А. Баева в статье «Добродей» подчеркивала особые человечность и доброту Б.Ручьева: «Он не любил ступенчатых пьедесталов, и для него всякий поэт был братом, как и просто всякий человек». [1]

Литературоведы отмечали идейно-художественное своеобразие произведений Б.Ручьева. Л. Гальцева, посвятившая земляку несколько статей, отмечала, что «Б. Ручьев продолжал и развивал традиции своих знаменитых предшественников (В. Маяковского, С. Есенина, Д. Бедного), поэтому внес в литературу с собою интересные тенденции». [5] По мнению К. Зелинского, стихи Ручьева свидетельствовали о наличии собственного «поэтического голоса» и «темперамента». «Настоящую теплоту и поэтичность», «тонкое соединение лиризма и эпичности» отметил в сборнике «Вторая родина» уральский критик А. Ладейщиков. [6]

Эта работа может стать первым шагом на пути создания сборника текстов, посвященных нашему земляку.

Итак, объектом исследования явились стихотворения, адресованные или посвященные Б. Ручьеву.

Предмет изучения – образ Ручьева, созданный в этих произведениях.

Цель исследования – установить особенности вышеназванного образа.

Для достижения цели необходимо решить следующие задачи:

1) найти и систематизировать стихи, адресованные Ручьеву;

2) установить особенности возникающего в каждом стихотворении образа уральского поэта;

3) определить сходства и различия в приемах создания этого образа.

Материалом исследования стали стихи, созданные в разные годы разными поэтами: А. Жигулин «Хлеб» (1962 год), В. Сорокин «Москва» (26 января 1964 год) Г. Суздалев «Хлеб» (1969 год), В. Богданов «Борису Ручьеву (14 декабря 1969), В. Миронов «Урал» (9 октября 1971 год), В. Богданов «Памяти Б. Ручьева» (2 декабря 1973 год), В. Коркин «Борису Ручьеву» (18 сентября 1974 год), А. Лаптев «Б. Ручьеву» (12 июня 1976 год), В. Сорокин «Борису Ручьеву» (1976 год), Б. Марьев «Памяти Б. Ручьева» (1980 год), К. Скворцов «Памяти Б.А. Ручьева» (1991)

Основными методами нашего исследования являются структурно-семантический и сравнительный методы. Вслед за Ю.М.Лотманом мы рассматриваем литературное произведение как органическое целое: «текст в этом анализе воспринимается не как механическая сумма составляющих его элементов, и “отдельность” этих элементов теряет абсолютный характер: каждый из них реализуется лишь и отношении к другим элементам и к структурному целому всего текста» [12, 22]. Сравнительный анализ позволяет установить, как сходства, так и отличия в созданных поэтами художественных образах.

Гипотеза исследования. Предполагаем, что стихотворения разных авторов, обращённые к Борису Ручьеву, могут дать представление, с одной стороны, о восприятии творчества поэта «собратьями по перу», а с другой – установить закономерности в создании образа одного из уральских поэтов ХХ века – Бориса Ручьева.

ГЛАВА 1.

Образ Бориса Ручьева в стихотворениях современников поэта

Стихи-посвящения – это особые произведения: с одной стороны, они, как и другие лирические тексты, дают представления об авторе, поскольку лирический герой ему близок, а с другой – помогают представить и образ того, куму они адресованы. А. Жигулина 1962г. публикует стихотворение «Хлеб». [9] Картины непосильного труда, наградой за который был хлеб, рисует поэт:

Его всегда недоставало

В суровой юности моей.

Он связан был тяжелой нормой,

С делянкой дальней и глухой,

С покрытым инеем платформой.

Жигулин был одним из тех поэтов, кто за свои стихи поплатился свободой – был приговорён к 10 годам лагерей строгого режима, 3 из которых провел на Колыме (освобожден по амнистии в 1955г.). Жестокие условия труда, «обида черная» и хлеб, добытый непосильным трудом – вот воспоминания лирического героя, за которым угадывается не только автор стихотворения, но и тот, кому произведение посвящено, – Борис Ручьев. В книге судьбы уральского поэта есть страница, которая роднит его с А.Жигулиным: в 1938 г. Ручьев был репрессирован и с 1938 г. по 1947 г. отбывал наказание отбывал на «полюсе холода» в Оймяконе. Под каждой строчкой своего молодого собрата по перу мог бы подписаться Б.Ручьев, ибо и в его жизни был период, когда

В барак входили в клубах пара,

Ногами топая в сенях,

И сразу падали на нары,

Тяжелых валенок не сняв.

Судьба уральского поэта оказывается близкой судьбам тех, кто стремился отстоять собственные жизненные принципы в тяжелые 37-й и последующие годы.

Более загадочным на первый взгляд является посвященное Б.Ручьеву стихотворение В. Сорокина «Москва», опубликованное 26 января 1964 г. в газете «Челябинский рабочий». [15]. (Приложение 1). В. Сорокин фактически считался учеником Б. Ручьева, знал его творчество и понимал, что, несмотря на испытания, выпавшие на долю Ручьева, он остался предан родине, народу, её защитившему, и Москве, устоявшей под натиском врага:

Любой твой сын ответит не юля:

Покуда ты стоишь —

стоит Россия

И правильно вращается земля!

14 декабря 1969 года в газете «Челябинский рабочий» (Приложение № 2) было опубликовано стихотворение Вячеслава Богданова, адресованное Борису Ручьеву. [4] Читателю открывается панорама города («Легли дожди тяжелые/ На город. /И гаснут дни. /Как искры от костра...») и постепенно становится понятно, что это дорогой сердцу Ручьева Магнитогорск. Постепенно «Я» лирического героя («Я так давно не слышал соловья. /Среди машин. /Железа/ И огня») замещается местоимением «Ты»: «Ты заспешишь/К той памятной палатке. /Что из далекой юности пришла». Образ Бориса Ручьева, чья судьба была связана с эти городом, становится узнаваемым не только по пунктирно намеченным в стихотворении биографическим фактам, но и по тем художественным образам, которые были созданы этим уральским поэтом. Например, фольклорный образ «красного солнышка» в стихотворениях Ручьева явился олицетворением народной веры. В. Богданов также использует вышеназванный образ, дополнив ассоциативный ряд, возникающий при этом: «И словно плавка закипит/ Вдруг слово /И красным солнцем / Вкатится в стихи». Теперь оно подобно раскаленному металлу, не только яркое, но и мощное. Вячеслав Богданов верит в то, что, пока существует «магнитотрубный завод», творчество Ручьева будет жить.

Стихотворения Б. Ручьева, написанные им после восстановления в СП СССР, приносят ему признание читателей. Тема любви к отечеству, поэтизация людей труда и, конечно, размышления о творчестве становятся ведущими. Об этом мы узнаем в том числе из стихотворения Г.Суздалева «Хлеб» (1969 г. «Песни деревянных журавлей), которое 29-летний поэт посвящает Б. Ручьеву. [18]

Лирический герой стихотворения задумывается о времени, о себе, о творчестве и с первых строк заявляет:

Мне стихи не для хлеба нужны,

Не для хлеба,

Не для пестрых и громких афиш

ширпотреба.

Я ценю их,

Как новой дороги начало.

В последних строчках стихотворения упоминается некий сказочный край: «Он огромен, как мир, / и, как солнце, бессрочен, / В нем голос Урала/созрел и окреп…». Б.Ручьев, Г. Суздалев, В.Богданов и другие уральские поэты как будто обретают поддержку и опору прежде всего друг в друге, в творческом единстве, во взаимопонимании. Это своеобразная поэтическая эстафета, во время которой каждый в ответе друг за друга, за память о своем современнике, соотечественнике (вспомним, что Г. Суздалев позже, в 1978 г., организовал Челябинский областной поэтический клуб «Светунец» им. Вячеслава Богданова). В стихотворениях современников Б. Ручьева, посвятивших ему поэтические строки, создается образ поэта, который, несмотря на все испытания, выпавшие на его долю, остался верен поэзии и родному Уралу.

Глава 2. Образ уральского поэта в стихотворениях

«Памяти Бориса Ручьева»

Стихотворения, посвященные Б. Ручьеву в 1973 (Б.Ручьев умер 24 октября 1973 г) и последующие годы, – поэтические тексты разные по тональности, но единые по мысли: этот уральский поэт словом и делом поддерживал преображение родины.

2 декабря 1973 года в газете «Челябинский рабочий» (Приложение 3) было опубликовано стихотворение Вячеслава Богданова «Памяти Бориса Ручьева». [3] Это один из первых поэтических откликов на смерть поэта: «Гляжу на могильные плиты/И все же не верю в беду…». Для автора стихотворения, Б.Ручьев – это наставник, собеседник, а потому в начале текста слова предельно просты, а нарисованная картина по-житейски обыкновенна:

Бывало, приеду в Магнитку,

К Борису Ручьеву приду

Он дверь открывал.

По привычке, прокашляясь,

Продумывал речь…

Однако постепенно грусть сменяется гордостью, а центральный образ – образ поэта Бориса Ручьева – становится возвышенным. Богданов подчеркивает, что

Б. Ручьев и Магнитка – неделимое единство: «Ведь смог он с индустрией спеться, Сбрататься с Магнитной горой…». Окказионализм «сбрататься» подчеркивает, насколько дорогой и родной стала Магнитка для Ручьева: это – город его юности, это – художественный образ, созданный в стихотворениях и поэмах Ручьева. Несомненно, Богданов восхищался стойкостью и патриотизмом Ручьева, а потому последние строки стихотворения наполнены особой торжественностью:

Я знаю: мы все не из стали

И всем свой наступит черед,

Но слышу – Ручьева устами

Магнитка, Россия поет!

Стихотворение Владимира Суслова «Говорил один товарищ» также имеет подзаголовок «Памяти Б.А. Ручьева написано в том же 1973 году. [17] Дважды в этом произведении встречается следующее двустишие: «Мир стихами не одаришь, /Если искры божьей нет».

Можно предположить, что эти или подобные им строки принадлежали Б. Ручьеву. Именно над этими словами размышлял В. Суслов и пришел к выводу, что настоящим поэтом не становятся, настоящим поэтом рождаются.

В следующие годы интерес к личности и творчеству Ручьева не угасает. Память о Ручьеве, несомненно, остается и в Магнитогорске. 18 сентября 1974 года Василий Коркин в газете «Магнитогорский рабочий» опубликовал стихотворение-посвящение Борису Ручьеву (Приложение №4). [10] Это воспоминания, в которых Ручьев предстает и как энтузиаст-первостроитель Магнитогорска, и как поэт, и как «братишка», «дружок», повлиявший на судьбу молодого человека:

- Давай-ка, братишка...-

Торопит Борис. -

Скорей приезжай

И за дело берись!

И я, подчинившись

Дружку моему. -

На шумный вокзал-

И в дорогу к нему.

Сравнения («А память, как всадник», «Точь-в-точь, как ребята/У Бори в стихах», «Иду, как бывало») уносят читателя в 30-е годы и дают возможность увидеть своими глазами все происходящие события. Магнитка и Б. Ручьев также неразрывно связаны: метафоры «Магнитка в себе схоронила тебя».

«Ты весь примагничен/ Магнитной горой») призваны подчеркнуть это единство. Как и многие поэты, Коркин говорит о значении творчества Б. Ручьева: «Завидная сила/У песни твоей/ Ты в звоне металла/ И в судьбах людей».

Этим строчкам как будто вторит другой поэт, Александр Лаптев. (Приложение 5) Б. Ручьеву он посвящает строки, в которых говорит о том, что мечты поэта стали явью:

Гляди, поэт!

Ты так хотел… Гляди! [11]

Сравнивая Б. Ручьева с песней («Ты песней стал») автор показывает нам, что Б. Ручьева знает буквально каждый житель Магнитогорска. Метафора «огнем души» показывает, как стихотворения Б.Ручьева наполняли оптимизмом и звали на подвиг. По мысли Лаптева, поэзия Ручьева всегда будет с теми, «кто начинает свой Магнитострой», то есть начинает свой трудовой путь.

В 1976 г. поэтические строки адресует Б. Ручьеву В.Сорокин. [16] Рассказывая о судьбе Ручьева («Восторженная молодость», «Расстрелянный сто раз и невредимый»), он восхищается стойкостью Бориса Ручьева, силой его характера: «…ни тоску, Ни боль свою, Ни строки Не вынес ты потомству напоказ».

Он остается Человеком там, «где разделились люди и скоты…»

Новые штрихи к портрету Ручьева мы находим в стихотворении Бориса Марьева «Памяти Бориса Ручьева (1980, «Древо жизни»). [12] Для «Борьки Марьева» Ручьев – великий человек, подобный богу («Он был, как бог»), родному отцу. Марьев выражал бесконечную благодарность Ручьеву за поддержку («Был он ровней со мною – С юнцом), за помощь в творческих начинаниях («Он меня обнаружил сам»). С Ручьевым его роднило отношение к творчеству («Не кормушка для нас печать»), стремление поделиться своим опытом с молодыми поэтами («Ту –/ручьевскую –/Благодать/Передам я другим/По наследству…/Только было б/Кому передать!»).

«Лирический дневник» (1991 г.)другого уральского поэта, Константина Скворцова, включал стихотворения разных лет. Среди текстов этого сборника одно имеет посвящение «Памяти Б. А. Ручьева». [14]Уже знакомая по стихотворениям других поэтов антитеза «поэт – эпоха» обретает здесь пафос инвективы: автор обличает разные формы предательства по отношению к поэту: донос (И, склонясь,/как угодливый почерк,/Ухмылялся счастливый доносчик...), забвение («Жаль, что верные птицы по стае /забывать тебя что-то вдруг стали»). Вспоминая Ручьева, автор говорит: «Ты не шел в поэтической свите,/Лишь ворчал нам:/ «Ребята, не лгите...». Нежелание лицемерить, идти на сделку с собственной совестью отмечает К.Скворцов как отличительные черты певца Магнитки. Драматизм положения Б.Ручьевапередает метафора «и до самого горького вздоха/ грудь твою разрывала эпоха»: сопротивление обстоятельствам, сохранение своего доброго имени отняли у поэта большое количество душевных и физических сил.

Образ Бориса Ручьева в стихотворениях, объединенных общим мотивом «памяти поэта», обретает следующие черты: вдохновенный поэт, воспевший в стихах родной Урал; бескомпромиссный борец с лицемерием, ложью; искренний друг и наставник, готовый протянуть руку помощи в трудную минуту.

Заключение

Одна из основных причин, по которой поэты посвящали Борису Ручьеву стихотворения, – стремление увековечить память об уральском поэте. Благодаря произведениям таких поэтов, как А.Жигулин, В.Сорокин, Г. Суздалев, В. Богданов, В. Миронов, В. Суслов, которые являлись современниками Б.Ручьева, а также стихотворениям В. Коркина, А Лаптева, Б.Марьева, К.Скворцова, чей интерес к судьбе и творчеству Ручьева очевиден, складывается общее представление об уральском поэте.

1. Созданный образ, с одной стороны, узнаваем и предельно обобщен: это – певец Магнитки, Урала; а с другой – индивидуализирован: в произведениях современников поэта основными мотивами зачастую становятся не выдуманные истории о том, как поэт преодолевал трудности, а факты из биографии Ручьева.

2. Каждый из авторов привносит в созданный образ свои представления о Ручьеве: Вадим Миронов в Борисе Ручьеве видит родственную душу: их объединяет любовь к родине; Александр Лаптев героизирует и восхваляет Б. Ручьева(«Ты песней стал,/ На подвиги зовущей»), образ Ручьева становится символом труженика, созидателя («И вечно будешь с теми/ В самой гуще,/ Кто начинает/ Свой Магнитострой»); Владимир Суслов подчеркивает родство Ручьева с рабочим классом («Каждый день, придя из цеха,/ Пригонял к строке строку»); для Геннадия Суздалева Б. Ручьев – поэт, преданный всем сердцем творчеству («Мне стихи не для хлеба нужны,/ Не для хлеба»); Алексей Жигулин создает образ человека, сумевшего преодолеть сложные испытания, сохранить верность своим принципам в условиях несвободы; для Б. Марьева Ручьев – искренний друг и наставник, интересный собеседник; К. Скворцов видит в своем земляке бескомпромиссного борца с лицемерием.

Итак, образ Бориса Ручьева, как будто отраженный в разных зеркалах, обретает многогранность и неповторимость.

Приложение №1

Владимир Сорокин «Москва»

26 января, 1964г., «Челябинский рабочий»

Москва, соборов золотые главы,

Сиянье звезд

И уличный прибой…

Наследник русской доброты и славы.

Впервые я стою перед тобой.

Я слышу топот, бешеные гики.

Я вижу - дым клубится, как буран.

В каких холмах теперь

Ржавеют пики.

Еще, как будто, теплые от ран?..

У стен твоих разгневанный Кутузов

Перекрестился на закате дня:

Да будет пир незваному французу!

И тронул тонконогого коня...

И повалил косматый,

длиннополый —

Народ, собрав терпение дотла...

И от Кремля до синего Тобола,

Как стон.

издали гул колокола. ...

Здесь мой отец рабочим и солдатом

За дальний цех.

За молодость. За полк.

Прикрыв глаза

в обнимку с автоматом

В сугробе окровавленном

Умолк

Ты в каждом доме открывала

Двери,

Жила в любой оплаканной судьбе.

Кто говорит:

Москва слезам не верит?

Нет, веришь ты.

Я знаю по себе.

И у кого об этом ни спроси я,

Любой твой сын ответит, не юля:

Покуда ты стоишь —

стоит Россия

И правильно вращается земля'.

Приложение №2

Вячеслав Богданов «Борису Ручьеву»

14 декабря, 1969 г., «Челябинский рабочий»

Легли дожди тяжелые

На город. И гаснут дни.

Как искры от костра...

И возраст твой идет высоко в гору.

И сходит вниз Магнитная гора...

Давным-давно растаяли метели…

Что сердце жгли и заметали путь...

Но прошлое ребенком колыбельным

Кричит в груди и не дает уснуть.

На скулах так давно не слышал соловья,

Мной эта птица издавна любима.

Как никогда. Теперь необходимо

Мне навестить родимые края,

Я так давно не слышал соловья.

Среди машин, железа и огня.

На площадях

И в городских кварталах

В рассветный час.

Без этой птахи малой грубеют руки.

Резче выступают складки.

По городу родному. Досветла

Ты заспешишь

К той памятной палатке.

Что из далекой юности пришла.

И вдруг всплывут из заревых туманов.

На сотни верст

Отбрасывая тьму.

Кипящие кострами котлованы

И домны ввысь —

Вулканятся в дыму.

Там вера в завтра

Крепится бетоном.

Ей нипочем метели

И дожди…

Твоя там юность.

Развернув знамена.

На всех фронтах

Шагает впереди.

И в час такой

Тебя согреет снова

Живая слава сверстников лихих...

И словно плавка закипит

Вдруг слово и красным солнцем

Вкатится в стихи,

Которые отнять от сердца трудно.

Которым жить на свете до поры.

Покуда есть в России

Многотрубный

Завод и город у Магнит - горы!

Приложение №3

Вячеслав Богданов «Памяти Бориса Ручьева»

2 декабря 1973 г., «Челябинский рабочий»

Гляжу на могильные плиты

И все же не верю в беду…

Бывало, приеду в Магнитку,

К Борису Ручьеву приду.

Он дверь открывал.

По привычке, прокашляясь,

Продумывал речь,

В любом разговоре обычном

Любил - цену слову беречь.

Он брал свою кровную книгу.

Я сам знал стихи наизусть…

Но снова таинственным мигом

Душа наполняется пусть!

Ведь смог он с индустрией спеться,

Сбрататься с Магнитной горой…

Ведь смог он - ранимое сердце

Высоко поднять, как герой.

Я знаю: мы все не из стали

И всем свой наступит черед,

Но слышу – Ручьева устами

Магнитка, Россия поет!

Приложение №4

Василий Коркин «Борису Ручьеву»

18 сентября, 1974 г., «Магнитогорский рабочий»

В рассветные дали-

Волна за волной плывут облака

Над Уралом – рекой.

А память, как всадник,

Вскочив на коня,

В тридцатые годы уносит меня.

Мне вспомнились песни

Весенней поры

И первые вести с Магнитной горы.

- Давай-ка, братишка. -

Торопит Борис. -

Скорей приезжай и за дело берись!

И я, подчинившись дружку моему. -

На шумный вокзал-

И в дорогу к нему.

Стою на пороге с котомкой в руках,

Точь-в-точь, как ребята

У Бори в стихах.

О, если б он видел! О, если б он знал,

Как дорог мне стал

Многотрубный Урал!

И все это было как будто вчера.

Магнитка…

Магнитка…

Родная гора…

Иду, как бывало,

Знакомой тропой

И снова надеюсь

На встречу с тобой…

Но, что это, право?

Дышу тяжело,

В глазах помутнело

И сердце свело.

Стою над могилой,

А рядом – Урал,

Он выполнил долг свой,

Как ты пожелал.

Как первого сына,

Любя и скорбя.

Магнитка в себе

Схоронила тебя.

Завидная сила

У песни твоей:

Ты в звоне металла

И в судьбах людей.

Ты весь примагничен

Магнитной горой

К рабочему сердцу,

К семье трудовой.

Приложение №5

Александр Лаптев «Ручьеву»

12 июня,1976 г., «Магнитогорский рабочий»

Какая мудрость

В тихой думе домен,

Скрестивших руки-трубы

На груди

Какая радость

В каждом новом доме!

Гляди, поэт!

Ты так хотел…

Гляди!

Ты песней стал,

На подвиги зовущей.

Вошел огнем души

В рабочий строй.

И вечно будешь с теми

В самой гуще,

Кто начинает

Свой Магнитострой.


Библиографическая ссылка

Мудрова А.В. Образ Бориса Ручьева в стихах, ему посвященных // История родного края. – 2020. – № 4. – С. 1-1;
URL: https://historyland.ru/ru/article/view?id=239 (дата обращения: 05.08.2021).